live124578 (live124578) wrote,
live124578
live124578

Category:

Предмайданная Российская Империя

Представляется следующая картина мира: страны и континенты накануне Первой мировой войны – за несколько десятилетий до ее фактического начала – уже представляли собой «театр военных действий». Одни державы и финансовые группировки стремились в ближайшей перспективе устранить с этой театральной сцены некоторых актёров. Сценарий пьесы писался где-то в Лондонском Сити. Одним из главных объектов воздействия была Россия. Ее предполагалось лишить того влияния, которое она обрела в результате славных побед предыдущего века, начиная с разгрома Наполеона и включая победное продвижение на Кавказ и Балканы.

Военные действия против России начались в 1901 году, когда террористы – якобы несмышленые вчерашние студенты, исключительно, так сказать, самодеятельное население – принялись истреблять государственных чиновников с отменным образованием, с патриотическими и монархическими убеждениями, деятельных и волевых. Истребление шло строго выборочное. На места убитых террористами приходили либеральствующие своекорыстные ничевоки или явные революционеры. Истребление в активной фазе продолжалось с 1901 по 1911 годы – десятилетие. За это время было убито более 17 000 – всё образованные и мыслящие государственными категориями патриоты-монархисты, включая премьер-министра П.А. Столыпина. Более 17 000 человек! Зная из сегодняшних детективных сериалов о том, сколько денег и организационных усилий стоит исполнение хотя бы одного киллерского заказа, нетрудно прикинуть, в какие суммы обошлось (кому-то) истребление 17 000 русских монархистов. Достаточно взять в руки справочник «Империя Сталина» или «Кто был кто в Третьем рейхе», чтобы убедиться в том, что костяк любого, самого прочного и мощного, государства составляет консорция численностью менее одной тысячи человек…

А тут 17 000 уничтожили!

В целом понятно, почему в феврале 1917 года «никто не встал на защиту самодержавия». Ослабленное (семнадцатикратно) государство развалилось, не выдержав испытания мировой войной. Захватившие власть политические партии принялись физически истреблять оставшихся в живых монархистов и патриотов, каковых было убито в период с 1918 года до начала тридцатых на порядок больше, чем в ходе так называемых «сталинских репрессий». Как о дореволюционной волне террора, так и о первой послереволюционной читатель мало чего найдет как на полках книжных магазинов, так и в интернете. Зато уж сколько воплей слышали мы, начиная с «хрущевской оттепели» и до сих пор про террор 37-го! Почему? Ведь эта последняя волна унесла жизней несравненно меньше, чем предыдущая. Почему же? Вероятно, дело тут не в цифрах. А в чём же? Вероятно, тут мы имеем дело с особенностью восприятия психологического свойства. В период с 1901 по 1911 годы убивали вроде бы врагов (чьих?), с 1918 в условиях гражданской войны (и в рамках психологии гражданской войны, которая давала себя знать вплоть до убийства С. Кирова) убивали бессудно тоже вроде как врагов, а также убивали «на всякий случай». Как записали чекисты в одном деле про расстрел попавшегося в ходе «зачистки» района антибольшевистского восстания бывшего члена Учредительного собрания: «мог быть полезен бандитам».

А в 37-м убивали вроде как своих и преданных. Именно парадоксальные казни как магнит до сих пор притягивают внимание наших современников. Порой расстреливали верного и заслуженного, а обвинённый в участии в военном заговоре (и подписавший признание) доживал до 70 с лишним лет и умирал от старости. Одни, «верные ленинцы» и «пламенные революционеры» умирали в тюрьмах под пытками и от голода, а до некоторых фигурантов дел о заговоре против советской власти карательные органы так и не добрались, то есть даже не арестовывали…

И вот за этими парадоксами террора 37-го чисто психологически трудно бывает заметить и понять, можно сказать, строго научный подход тех, кто террор затевал. А затевали его, по всему видно, люди чрезвычайно прагматические, дальновидные и образованные тем странным образованием, какое давали в Лонжюмо, на Капри и в других подобных же местах революционной эмиграции. Затейщики террора 37-го с младых ногтей изучили правила конспирации, технологии разрушения государственности, техники разведки и контрразведки. Кто были их учителя – отдельный большой вопрос. Однако ясно, что это были не студенты-самоучки, а специалисты спецслужб. Они научили В. Ленина и сопровождавших его в «пломбированном вагоне» лиц разрушать одну власть и выстраивать альтернативную. К 1918 году в стране был создан управляемый хаос из десятка партий и сотни правительств, тот хаос, когда у каждой из сторон были собственные спецслужбы с тысячами специалистов по свержению и захвату власти. Эта неисчислимая масса ниспровергателей между собой боролась за власть, группируясь по партийному признаку. И вся эта возня окончилась после того, как на одну чашу весов был брошен окончательный выбор: в России победил тот, кому победители в мировой войне меньше всего были должны. Это очень выгодно – обеспечить победу тому, кому ничего не обещал.

И вот гражданская война затихла, страна перешла к мирной жизни, а тем временем по стране ходили и разъезжали полмиллиона специалистов по ниспровержению всего и вся. Рано или поздно центральная власть должна была обнаружить, что она не только не контролирует умонастроений всей этой супер-гвардии, но и никогда в будущем не будет в состоянии элементарно отслеживать замыслы и действия этих людей.

Вот уже разбиты и обезврежены разные внутрипартийные оппозиции – левые и правые. Вот на «съезде победителей» каждый выступающий славословит вождя и клянется в верности до гроба… И с каждым днем торжества победителей всё ясней становится, что в любой момент любая группа этих преданных ленинцев вдруг может обернуться новой заговорщической партией – разрушить действующую власть и захватить ее в сои руки. А молодые советские спецслужбы и кадровые гении аппарата ЦК даже не успеют сообразить, что произошло. Не успеют сообразить, почему вдруг их голова покатилась с плахи в опилки…

Решение проблемы было очевидным, оно рассчитывалось с математической точностью: аппарат власти в состоянии регулярно контролировать умонастроения и действия не более 100 000 своих сотрудников. Все остальные – лишние…

Причем, преданность и убежденность в правоте идей больше не имела значения. С какого-то мгновения значение имела только способность быть полезным режиму (такая полезность, без которой режиму трудно обойтись) и способность к выживанию в конкурентной борьбе за кресло в кабинете. Все остальные качества отходили далеко на задний план. Бездушная машина была пущена, её шестерни и колёса завертелись, быстро выйдя на проектную мощность. По предварительным расчетам управлявших машиной операторов ей предстояло перемолоть где-то 400 000 жизней…

P.P.S.

Реально в ходе «большой чистки» расстрелянных насчитывалось почти 800 000. Два с половиной миллиона человек провело часть жизни в лагерях, колониях и тюрьмах. Не все из них дожили до освобождения. Еще полмиллиона туда (ссылка и высылка), полмиллиона сюда… Всего за период с окончания гражданской войны по первое полугодие 1953 года более восьми миллионов подверглись репрессиям в различных формах


http://1937god.info
Tags: Ленин, НКДВ, Николай II, Россия, СССР, власть, история, коммунизм, прошлое, расстрел, революция, страна
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments